- Плохи наши дела, ребята. Мы проморгали Красного Полуночника.
- Кого-о-о?!..
- Его-о-о. Врёт шалава про кладку из шести яиц. Два ребёнка от двух отцов. Каганович, заткнись, ты не виноват, что Анакин такой долбоёп. Нас интересует, кто был отцом Кимейна.
- Но позвольте, Красные Полуночники ненавидели людей ещё больше, чем Чёрные Ракеты! Гадили людям в открытую, позже в процессе облучения массово гибли... Кимейн же диковат, но добр, хоть и швыряется печеньками... И разве хоть кто-то из них выжил?..
- Ха! Мы думали, что и Чёрные Ракеты потомства не оставили. Ан вот он, один из них, сидит.
читать дальше"О чём они говорят?" - недоумевал Френтцен. Его окружали странные персонажи. Нет, ну допустим, он был рад снова увидеть старинного друга Мику. Допустим, он смутно помнил, что где-то видел Демиургов. Допустим, он даже начал привыкать к Майте за недолгое время совместных боевых действий в никарагуанских джунглях. Но вот присутствие Чорнага Бизпридельщыка его как-то немного смущало: председатель колхоза, официальное лицо... И да, что здесь делает эта обезьянья... нет, скорее даже насекомая морда, которую он надысь поймал в сортире и заставил красить холодильник в чёрный цвет?.. Обладатель сей морды сейчас казался гораздо крупнее и выше ростом, кожа его потемнела и отливала металлическим блеском, из головы тянулись вверх две антенны, а сама морда больше напоминала противогаз Дарта Вейдера.
- Меня насторожили две вещи, - сказал Майте. - Первая - Мэй абсолютно не помнит, как выглядел её партнёр, хотя провела с ним полдня и целую ночь. Вторая - Кимейн не говорит. Это и навело меня на мысль...
- Всё правильно, - кивнул Каганович, - Красные Полуночники частенько баловались блокировкой памяти у людей, которые их видели. Второй пункт тоже вполне логичен - они почти не переносили человеческий голос и даже брезговали учить язык людей. Они были очень гордыми, ещё более гордыми, чем мы, это и погубило их... Вообще, зачем Мэй назвала его в честь калиша? Нелогично. Может, врёт, что не помнит, и хочет нас запутать?
- Заткнись, таракан, - оборвал его Мика. - Твоего тоже назвали отнюдь не Димой. Что с тобой вообще происходит?
- Не могу знать, - Каганович потянулся так, что его рубашка лопнула, и из-под неё показались... ещё две руки. Впрочем, руками их назвать было сложно. Чёрные, беспалые, шипастые конечности, как у насекомого. Бывший военпред стряхнул с себя обрывки ткани и провёл конечностями по своим гладким, округлившимся бокам. На брюшке уже начинали проступать очертания воздухозаборников.
- Твою ж мать, - пробормотал Шпак, нервно раскуривая уже восьмую самокрутку, - фигни такой не видел я ещё.
Копосов встал.
- Так, народ! Выслушайте старого Пендальфа.
Взгляды присутствующих устремились на него.
- Вы все видите, что происходит. Вы все слышали, что рассказывал уважаемый Зиновий Аронович о снах своей дочери. Вы все прекрасно знаете о причинах всего этого безобразия. Причин этих две: их зовут Давид Эфельсон и Скотт Ян, и они по какой-то причине до сих пор ещё не добрались до сопла Иштлаксихуатль.
Майте вдруг опустил голову и стал похож на провинившегося курсанта.
- Я ошибся окном, камераде чиф... не моя вина. Мой Шиа там, в джунглях, где мы оставили его. Ему нужна помощь...
- Тебя никто не винит, Матео. Людей дадим, как закончим. Сева Мирославов меня беспокоит. До сих пор не дал о себе знать...
Хаккинен встал рядом с Демиургом.
- Чем дольше затянем это дело, тем больше фигни произойдёт. Можем вообще опоздать. Я не знаю, когда прорвётся оболочка пространства.
- Я могу узнать, - неожиданно подал голос Блэки, до этого сидевший тихо. - Дайте мне время.
Повисла пауза.
- Ему можно верить, - сказал Хаккинен. Подошёл и поклонился Чорнаму Бизпридельщыку.
- И ещё, - продолжал Блэки, - тут кто-то говорил за логику. Подумалось мне тут: а не может ли Красный Полуночник в эти самые дни жестоко палиться среди нас? Как это происходит с Чёрной Ракетой, мы уже видим, - он кивнул на Кагановича, - думается, и отец Кимейна становится ближе к своему естественному облику. Через два дня Хэллоуин, и мы выйдем на охоту.
Огромное чёрное насекомое качнуло антеннами.
- Я помогу вам. В священную ночь я стану точь-в-точь таким, как мои предки. Если с ним произойдёт то же самое, то никто из людей не сможет изловить его. Только тот, кто стоит выше. А мы всегда стояли выше Красных Полуночников.
- Да будет так, - сказал Копосов.